The Call Of The Wintermoon

В отличие от многих своих современников по сцене (таких как Mayhem или Darkthrone), Immortal довольно рано начали отходить от прямолинейного сатанизма в сторону создания собственного фэнтезийного мира, наполненного льдом, снегом и демоническими силами — Blashyrkh. Хотя на дебютном альбоме «Diabolical Fullmoon Mysticism» (1992) еще сильны оккультные и традиционные блэк-метал-метафоры (например, упоминание врат Нанны), основа песни — это поклонение зиме как метафизической силе.

Основная идея трека заключается в духовном перерождении героя через слияние со стихией. Мороз и снег выступают не просто как погодные явления, а как защитный барьер от тепла, света и человеческой слабости. «Зимние крылья зла» символизируют освобождение духа, а «зов зимней луны» — это непреодолимый внутренний импульс, заставляющий отречься от человеческой сущности и принять облик дикого зверя (волка).

Упоминание врат Нанны отсылает к шумерской мифологии (где Нанна — бог Луны, хотя в Некрономиконе, популярном в оккультных кругах того времени, Нанна ассоциировалась с вратами астральных миров). Это подчеркивает эзотерический подтекст песни: луна здесь является не просто космическим телом, а проводником в потусторонний мир темной магии и вечного холода.

Но вот наступает долгожданный миг триумфа и возвращения. Сама зимняя луна своим призрачным звоном возвещает о пробуждении древнего зла. Герой восстает не с обычными ветрами, а верхом на крыльях черных разрушительных бурь, которые он сам и породил. Северная тьма начинает свое величественное и беспощадное шествие сквозь самую холодную, бесконечную ночь года.

Герой признается в своей неодолимой тяге к этому ледяному дыханию. Он не в силах сопротивляться зову морозных ветров, которые приносит с собой полная зимняя луна. Этот зов проникает в саму его суть, заставляя пробудиться дикие, первобытные инстинкты.

Далее повествование касается мистических и эзотерических образов. Врата вавилонской богини Нанны (или шумерского бога луны Нанны) распахиваются настежь, стирая грань между миром живых и бездной. Из этой бездны вырывается на свободу яростный и неудержимый зверь тьмы. Лирический герой отождествляет себя с этим хищником — ночным волком, который рыщет под бледным лунным светом в поисках своей добычи и духовного слияния с морозной стихией.

Вся песня представляет собой гимн ледяному увяданию природы, величию северных ландшафтов и первобытной свободе зверя, запертого внутри человека. Это триумфальный гимн тьме, вечной зиме и непреодолимой силе ночного зова, который невозможно проигнорировать, ведь он исходит из глубин самого мироздания.

Песня была написана дуэтом основателей группы — гитаристом Demonaz (Харальд Невдал), который написал текст, и вокалистом/басистом Abbath (Ольве Эйкему), сочинившим музыку. Запись проходила в апреле 1992 года в знаменитой студии Grieghallen Studios в Бергене под руководством продюсера Эйрика «Пюттена» Хундвина (Eirik Pytten Hundvin), который придал альбому характерное сырое, но при этом атмосферное звучание.

Особое, культовое место в истории метал-музыки занимает видеоклип на эту песню. В начале 1993 года группа согласилась принять участие в съемках для норвежской телекомпании, которая делала репортаж о блэк-метал-сцене на фоне скандалов вокруг поджогов церквей. Музыканты (Abbath, Demonaz и их тогдашний барабанщик Kolgrim, который не записывал ударные для альбома — их записал Armagedda, но уже ушел из группы) отправились в лес к руинам древнего аббатства Люсе (Lyse Abbey) под Бергеном.

Съемки заняли всего около двух часов и проходили в атмосфере полного хаоса. Группа бегала по лесу в корпспэйнте, шипах, кожаных плащах и даже ведьминском колпаке (который надел барабанщик Кольгрим), размахивала бутафорским оружием и дышала огнем. Режиссер телепередачи смонтировал видео без ведома группы, выставив их в глупом и карикатурном свете в эфире программы, где их назвали «сатанистами». Позже Abbath признавал, что участие в этих съемках было глупой ошибкой и результатом юношеской растерянности. Тем не менее, этот ультра-дешевый и наивный клип стал культовым феноменом, определившим многие визуальные штампы блэк-метала на десятилетия вперед.

Рифма и стихосложение:

Текст написан свободным стихом (верлибром) с элементами ассонансных и неточных рифм. Классическая перекрестная или парная рифмовка здесь практически отсутствует. Например, в первом куплете созвучия строятся на внутренних ассоциациях и повторениях гласных звуков (frost / dark / nights / snow). Это придает тексту характер заклинания или древнего заговора, произносимого шаманом, где важнее не рифма, а ритмическое воздействие слов.

Ритм и темп:

Музыкальный ритм трека отличается высокой динамичностью и частой сменой темпа. Песня начинается с яростного скоростного штурма (бласт-битов и тремоло), переходящего в среднетемповые качающие риффы во время куплетов. Такой контраст позволяет вокалисту четче артикулировать текст, создавая ощущение марша («Northern darkness marches...»).

Взаимодействие лирического и музыкального ритма построено на синкопировании: Abbath выплевывает фразы отрывисто, подстраивая вокальные паузы под удары малого барабана и гитарные акценты. Это усиливает ощущение ярости, агрессии и неудержимого бега сквозь зимний лес.

Литературные приемы:

• Олицетворение (Персонификация): Одушевление неживой природы («The moon chimed», «Northern darkness marches»). Это создает ощущение, что сама зимняя стихия является живым, мыслящим и враждебным человеку организмом.
• Эпитеты: Использование ярких, нагнетающих атмосферу прилагательных («silent sorrow», «eternal nights», «cold crypts», «black storms»), которые усиливают ощущение холода, безысходности и величия природы.
• Аллитерация и ассонанс: В оригинальном английском тексте часто повторяются шипящие и свистящие звуки (например, «mountains of frost / Years of silent sorrow»), что фонетически воспроизводит свист зимнего ветра и шуршание снега.

Музыкальные приемы:

• Тремоло-пикинг: Demonaz использует непрерывное, скоростное извлечение нот на гитаре, создавая плотную «стену звука», напоминающую непрекращающуюся метель.
• Вокальная подача (Гроулинг/Скриминг): Abbath использует экстремальный, хриплый и яростный вокал. Его крики звучат сыро и первобытно, передавая одержимость лирического героя. Также характерны его фирменные возгласы «Wow!», ставшие визитной карточкой группы.
• Контраст темпа и инструментовка: В песне используются как стремительные бласт-биты барабанщика Armagedda, так и замедления с тяжелыми риффами. Использование акустической гитары во вступлении и некоторых переходах создает мрачную фолковую атмосферу, уникальную для раннего стиля группы.

Главным культурным наследием песни стал ее знаменитый видеоклип. Изначально задуманное как серьезная презентация группы, видео из-за дешевизны, отсутствия бюджета и наивной режиссуры стало главным мемом в истории экстремального металла. Кадры с Аббатом и Демоназом, бегающими по лесу с топорами и изрыгающими огонь, заложили основу для сотен пародий и определили стереотипное представление обывателей о блэк-металистах. В поп-культуре этот клип часто приводят как пример «абсурдной серьезности» жанра.

Тем не менее, с музыкальной точки зрения песня считается неоспоримой классикой «второй волны» норвежского блэк-метала. Она продемонстрировала, что жанр может быть не только хаотичным и грязным, но и обладать особой мелодикой и атмосферой. Именно отсюда берет начало знаменитая концепция «frostbitten» (морозного) металла, которую Immortal развили на последующих культовых альбомах, таких как «Pure Holocaust» и «Battles in the North».

Песня регулярно упоминается в книгах и документальных фильмах, посвященных истории тяжелой музыки (например, в фильме «Пока свет не заберет нас»), как важная веха раннего норвежского андеграунда.

• «Mountains of frost» (Горы мороза) и «crypts of snow» (склепы снега) — эти образы символизируют вечное забвение, смерть и изоляцию. Снег и лед выступают как саван, скрывающий истинную силу героя от бренного мира, а также как метафора эмоциональной холодности и отрешенности от человеческих чувств.
• «Winterwings of evil» (Зимние крылья зла) — метафора темной, освобожденной сущности героя. Крылья олицетворяют духовный полет, способность возвыситься над земным бытием, а эпитет «зимние» подчеркивает их принадлежность к царству холода.
• «The Moon chimed my return» (Луна возвестила звоном мое возвращение) — олицетворение луны. Луна здесь действует как мистический колокол или глашатай, запускающий процесс возрождения злых сил.
• «Gate of Nanna» (Врата Нанны) — глубокий оккультный символ. В шумерской мифологии Нанна — божество луны. Открытие его врат знаменует прорыв потусторонних сил в земную реальность, разрушение барьера между рациональным и иррациональным.
• «Wolf of the night» (Волк ночи) — классический тотемный образ. Волк символизирует хищную природу, свободу от оков цивилизации, одиночество и свирепость. Превращение в волка подчеркивает окончательный отказ от человечности в пользу дикого зверя.

• «The wintermoon» (Зимняя луна) — центральный образ-лейтмотив. Повторение этого словосочетания на протяжении песни служит катализатором действия. Луна — это не просто свидетель происходящего, а активная призывающая сила. Ее зов («The call») проходит красной нитью через все произведение, символизируя неотвратимость судьбы и зов дикой природы.
• Образы вечной зимы и холода («frost», «snow», «coldest night») — эти повторяющиеся маркеры создают неизменную климатическую атмосферу трека. Они подчеркивают, что действие происходит в обособленном, запредельном пространстве, где нет места теплу и человеческой жизни.
• Вокальный маркер «Wow!» — этот спонтанный возглас Аббата, повторяющийся между строчками, стал культовым музыкальным мотивом. Он выражает первобытный восторг, экстаз от слияния с силами тьмы и природы и придает песне драйв, свойственный скорее глэм- или трэш-металлу, что делает композицию легко узнаваемой.